Надежды Мусатова

Решительно расходясь с выводом об отставании России от «других цивилизованных стран», Мусатов заявляет: «Я не смотрю на это так пессимистически, как вы. Тот, кто побывал в этих художественных центрах и вник в их жизнь, поймет, что у нас в России началось возрождение русского искусства. Настоящее возрождение, которого не в силах остановить вся некультурность нашего общества».

Мусатов упрекает Владыкина в том, что он «не тем» возмущается и не «к тому» возмущению призывает. Передовое искусство есть, но против него не только равнодушие «общества» - с ним ведется борьба, его стараются заглушить, «несправедливо обидеть художника за то только, что он любит свое искусство». И, апеллируя к саратовской действительности, Мусатов приводит несколько возмутительных фактов. В качестве одного из примеров он подробно излагает историю с росписью Казанской церкви, когда за стремление создать произведение «обшее, стройное, в национальном русском стиле» молодые художники вместо благодарности удостоились «мифической экспертизы», газетных оскорблений, судебного процесса и варварского уничтожения их работ.

И здесь выявляется основной пафос ответа художника. Мусатов не принимает пессимизма за то, что он порождает пассивность. Мусатов призывает к активной деятельности в защиту передового искусства. В отношении к нему современного буржуазного общества Мусатов обличает сразу несколько зол: замалчивание того прогрессивного, что уже имеется, потакание обывательским вкусам, наклеивание безграмотных ярлыков (типа «декаденты»), бесправие художника перед власть имущими, решение судьбы произведения людьми, искусству чуждыми или, в лучшем случае, ремесленниками от искусства...

© 2008 Все права защищены psyguru.ru