Неофициальное открытие

В письме же к В. Д. Поленову он отчитывается подробно: «Выставка наша закрылась 23 апреля. Она имела неожиданный успех в публике... Выставку посетило около 6000 человек. Каталогов распродано около 1000... Интерес в публике огромный. Газеты до сих пор не могут успокоиться... Саратовское Санитарное общество содействовало всеми средствами заинтересовать публику нашей выставкой...». Конечно, было очевидно, что публика «нового» искусства Мусатова и его друзей-москвичей не поняла. Отношение ее к живописи Московского товарищества во многом предопределялось эпитетами, какие еще раньше раздавал Гришин членам этого объединения, называя их «московскими красочными психопатами». Не замедлил он и теперь выступить в том же «Саратовском листке». И хотя интерес к выставке был скорее скандальным, или, говоря гришинскими словами, «курьезным выставочным любопытством», все же факт налицо: наплыв публики свидетельствовал, что и в Саратове «лед тронулся»... Думается, что Мусатов с его исключительно трезвым умом, говоря в данном случае об успехе, понимал, что никакого непосредственного успеха не было - была победа «стратегическая», рассчитанная на дальний прицел. В этом смысле он и писал Поленову, что «все теперь уверены в несомненном успехе будущей нашей выставки, и принята она здесь будет... уже не с такой враждебностью». И здесь Мусатов показал себя оптимистом, верящим в быстрый духовный рост своих земляков-саратовцев, уверенно глядящим в завтрашний день.

И вокруг таких «горячих точек», как дело с росписями Казанской церкви, апрельская выставка 1903 года, и вокруг более мелких, ежедневных событий культурной жизни шумит и спорит в начале века местная пресса. Среди основных вопросов, которые дебатируются, конечно, вопросы о «новом искусстве» и «декадентстве», причем понятия эти наполняются самым расплывчатым и разнообразным содержанием.

© 2008 Все права защищены psyguru.ru