Осенний день

Можно представить радость Мусатова, встретившего в таком неожиданном месте живой отклик на свои работы, даже увиденные на тусклых снимках! Но, как выяснилось, чуткость Добошин-ских к искусству была далеко не любительского свойства. Хозяева оказались бывшими драматическими актерами (со сценическими псевдонимами Волжская л Чагин), людьми, преданно любившими не только театр, но и музыку, и живопись. Но и это не все! Мусатов с изумлением узнал, что Варвара Васильевна была родной сестрой художника Сергея Васильевича Иванова, автора известных картин из жизни крестьян-переселенцев, за несколько лет до этого писавшего в Саратове этюды к своему полотну «Этап» из быта острога и пересыльной тюрьмы. Социально острое, глубоко демократическое искусство Иванова Мусатов уважал при всем различии их творческих индивидуальностей.

В июне 1901 года Мусатов пишет сестре Лене: «Варвара Васильевна, конечно, прежде всего. Я их вижу по-прежнему каждый день и душой отдыхаю у них. Такие они сердечные люди». Да и с самой Леной Мусатовой, так же как и с ее подругой, дочерью Коновалова Ниной, В. В. Добошинская сдружилась очень легко. Все свои мысли и планы, весь запас своей жизнерадостности Мусатов спешил теперь принести в дом на Соборной, где в соседних с маленьким магазинчиком комнатах жили Аполлинарий Иванович и Варвара Васильевна. Мусатов приглашал их к себе, охотно показывая свои этюды, наброски, сделанные углем и карандашом, много говорил о замысле «Материнства». Или же просто отводил душу в непринужденных разговорах с Варварой Васильевной.

Часто они переходили на рассказывание друг другу якобы виденных снов. «Усевшись уютно на большой тахте в кабинете моего мужа при лампе с большим абажуром, мы давали полный простор нашей фантазии, - пишет Добошинская. - ...Ни я, ни он не сомневались, что это были сны никогда не виденные и придуманные только сейчас, но это не уменьшало их интереса. Он сочинял всегда удивительно красивые, поэтичные сны, целые поэмы...»

© 2008 Все права защищены psyguru.ru