По возвращении своем

Не оставляет здесь Мусатова и мысль о картине «Рабство», рисунки к которой он сделал еще весной. Идея ее только на первый взгляд кажется неожиданной («гнев и горе», «в гордом сердце - стон», «дух свободы покоренной» - так определял в своих стихах эту идею Мусатов). Внутренне она совершенно обоснована всем кругом переживаний и размышлений художника. В замысле чувствуется не только тяга к «микеланджеловской» мощи, но и ширь, размах, навеянные волжскими просторами, органическая связь с такими интересовавшими его сюжетами, как «Пугачевцы». Картина осталась ненаписанной скорее всего потому, что в эту пору Мусатов остро осознавал необходимость предельно целеустремленного поиска, чувствовал, что его сила - не в отражении эпического. По-прежнему главное место занимает работа над вторым вариантом «Гармонии», наконец-то к осени оконченным. На первых порах Мусатов пытался уверить себя в том, что он доволен результатом. Но его трезвый взгляд возобладал и тут. «Я старался выразить эту идею гармонии. А кругом меня все диссонансы, от которых я нигде не могу скрыться», - признавался художник. Гармонию он не выразил, он только старался сделать это...

«И все же уроки «Гармонии», - делает важное замечание исследователь,- принесли Мусатову большую пользу, заставив его... стремиться к обобщению форм, к архитектонике построения картины, к локализации цвета... Он... знает теперь, что живые чувства и непосредственные впечатления так же необходимы ему для работы над большой композицией, как и точный расчет...». В этом смысле можно считать рожденными тяжким опытом «Гармонии» чудесные картины-этюды «На диване», «За вышиваньем», созданные в начале следующего 1901 года.

© 2008 Все права защищены psyguru.ru