После отказа совета

Он поселился на Монмартре, сняв комнатку вместе с А. К. Шер-вашидзе. Здесь, на высоком монмартрском холме, с нависающей над беспорядочно вьющимися улочками и тупичками белой иезуитской церковью Сакре-Кёр, с двумя старинными ветряными мельницами на западном склоне, издавна бок о бок ютились богема и рабочий люд. Живописны монмартрские улицы, площади окружены небольшими домами, иные выкрашены розовыми, бледно-желтыми красками, нижние этажи занимают кафе, табачные лавки, над разрушающимися старыми стенами нависают каштаны и платаны... «Все кругом очень убого и грязно, но оживляется яркими красками навесов кафе, зелеными жалюзи и непрерывно снующей толпой... Монмартр находится выше действия экипажей... Из улицы в улицу вы переходите с новым интересом, каждая дает вам что-то новое...».

Сама атмосфера «артистического» Монмартра, полная европейски безудержного жизненного риска, еще более закалила и без того цельный от природы характер Мусатова. Вот он спускается по одной из улиц, сплошь состоящей из лестниц - ни дать ни взять типичный парижский «рапэн», очень маленького роста, безукоризненно одетый по последней моде, залихватски веселый, с блеском чуть раскосых глаз, в надетой набок шляпе с заломленными краями, «потому что на Монмартре ведут себя непринужденно... А вы знаете, что существует Монмартрская республика?..» (А. Моруа).

Далеко, на противоположном берегу Сены, на холме святой Жеиевьевы - легендарной средневековой покровительницы Парижа, темнеет громада Пантеона. Но не гробницы великих французов привлекают туда Мусатова, а парящие над ними фрески старого Пюви дс Шаванна, развертывающие сцены из жизни Женевьевы. К Кормону Мусатов попал после неудачной попытки определиться в ученики к Пюви, живопись которого и даже сам человеческий облик, художническая судьба окажутся для него исключительно созвучными. Современники не на шутку считали Пюви гениальным. «Маэстриссимо монументальной живописи», - называет его А. А. Лушников, друг Мусатова, тоже «русский кормоновец». «Истинная роль живописи - это одухотворение стен», - говорил сам французский мастер. Стихия стенописи властно влекла к себе Мусатова.

© 2008 Все права защищены psyguru.ru