Владимир Львович

Итак, тихий «отшельник» Мусатов ведет войну против «российской отсталости» по всем направлениям: защищает искусство от ханжества церкви, организует в Саратове столичную выставку, откликается на дискуссии в печати... Но и это не все. Вот что вспоминает о Мусатове Петров-Водкин: «Он энергично хлопотал и за городской музей, и за школу при нем, и за засыпку Глебычева оврага, как символа бескультурья родного города...» ж. То, о чем пишет Водкин, к сожалению, в подробностях неизвестно. Но если, к примеру, иметь в виду, что в «школе при музее» (в Боголюбовском рисовальном училище) именно в 1902-1904 годах происходит важная реформа: открываются новые классы - теории перспективы, истории искусства, вводятся занятия на открытом воздухе, то можно предположить, что и в этом проявилась мусатовская энергия...

И все-таки сплошь и рядом она наталкивалась на инертность мещанства и воинственную пошлость буржуазного окружения. Угнетали художника и столь разительные в Саратове социальные контрасты. Вызывала недоумение узость взглядов саратовских собратьев. Так, надеясь, что закупочная комиссия Боголюбовского училища приобретете московской выставки 1903 года лучшие вещи для Радищевского музея, Мусатов пишет В. Д. Поленову о своем разочаровании, добавляя: «Вообще отношение этой необыкновенной комиссии к пашей выставке довольно странное...» Когда опускались руки, с новой силой вспыхивали тоска и отчаянное стремление бежать от этой беспросветной «обломовщины». Иногда приступы раздражения мешали даже писать письма.

© 2008 Все права защищены psyguru.ru