Вспоминается давняя мусатовская мечта

Благодаря В. К. Станюковичу мы знаем, что идея «Изумрудного ожерелья» восходит к владевшей Мусатовым в юности теме «Весны» («Материнства»). Тревожное волнение юношеской влюбленности, вдохновенные предчувствия своей «большой темы» с годами увенчались картиной Лета - торжественного прославления земной жизни, хотя и осложненного драматично звучащей последней нотой... «Но изменился художник, - пересказывает нам Станюкович объяснение замысла самим Мусатовым... - И Весна превращается в Лето, «Maternite» - в «Изумрудное ожерелье»...

Бегут, сменяясь, наши лета, Меняя все, меняя нас...

Не лишенное тревоги и напряжения, но свободное, радостное приятие жизни и ее «музыки» в «Изумрудном ожерелье» - не такое уж исключение. Еще в не очень удавшейся картине «Дафнис и Хлоя» (1901 год) Мусатов пробовал выразить ликующую силу слияния человека и природы в согласии с языческим дионисийским культом. Недаром упоминание Диониса - древнегреческого бога вина, веселья и природы и советы почитать «Дафниса и Хлою» Лонга в письме к другу А. А. Лушникову - соседствуют с автохарактеристикой «Ожерелья»: «Это целый мир - наш мир. Из-за этого можно быть язычником. Посылаю тебе снимки с моей языческой картины «Жемчужное ожерелье». Начинал тебе несколько раз письмо о ней из Хвалынска и не собрался...»

Мусатов хорошо понимал значение своей «обобщенной» работы. Видимо, к ней следует отнести его слова из письма к жене уже из Москвы в Подольск 18 декабря 1903 года: «Картину свою переправил благополучно... Рама необыкновенно подошла к ней... Ульянов говорит, что «Гобелен» несравненно выше, что даже «Призраки» лучше. Но я вижу, что такой вещи я еще не писал...»

© 2008 Все права защищены psyguru.ru